Большое интервью Дениса Файзуллина с Тарасом Щетининым о методе Бутейко

Почему это интервью стоит посмотреть полностью

Это интервью большое.

Почти три часа.

Но метод Бутейко невозможно всегда объяснить коротко. Особенно если говорить не только о простых упражнениях, а о целой истории метода, его школах, преемственности, практических ошибках, детском направлении, дозированной нагрузке, роли CO₂, контрольной паузе, онлайн-обучении и очной работе.

В этом разговоре есть и история.
И личный опыт.
И методические споры.
И практические наблюдения.
И уважение к Константину Павловичу Бутейко.
И понимание, что метод должен развиваться дальше.

Все, кто смотрят этот наш разговор - все очень довольны и благодарят меня за искренность. Я показываю, что метод Бутейко - это не закрытая догма и не набор одинаковых инструкций для всех.

Это живая система, которая требует честности, практики, преемственности, наблюдения и постоянного развития.

Смотрите полную версию интервью

Ниже размещена полная версия интервью «Метод Бутейко без фильтров: Файзуллин, Щетинин и спорные вопросы практики».

Смотреть видео в:

Рекомендую смотреть не фрагментами, а как большой разговор - особенно тем, кто сам занимается методом, проходит обучение, работает с детьми, ведёт пациентов или хочет понять, почему метод Бутейко нельзя сводить только к онлайн-урокам и дыхательным упражнениям.

Это разговор о методе Бутейко без купюр, без фильтров, без приукрашивания реалий.
О практике.
О преемственности.
О живом дыхании.

Почему это интервью так и не вышло на канале доктора Файзуллина Дениса Радмировича

К моему огромному удивлению, примерно через месяц после записи интервью я заметил, что на канале Дениса Радмировича оно так и не появилось. На мой вполне естественный вопрос: «Когда выложите?» — я получил довольно странный для меня ответ: интервью оказалось «нам невыгодно», то есть невыгодно самому Денису Радмировичу и его команде.

Удивительно. Столько полезной информации для слушателей — и… невыгодно.

Мы стали разбираться. Как выяснилось, одной из причин стало то, что в разговоре я достаточно открыто высказался о некоторых подходах, которые используются в работе его команды и методистов.

Меня это удивило ещё больше. Ведь профессиональная критика сама по себе не является нападением. Наоборот, именно способность услышать замечание, проверить его на практике, что-то скорректировать или аргументированно не согласиться и позволяет любой школе развиваться. Метод Бутейко когда-то тоже формировался не в стерильной среде всеобщего согласия — вокруг него спорили, его проверяли, обсуждали физиологические механизмы и результаты.

В моём восприятии смысл его ответа сводился примерно к следующему: нас нельзя критиковать, у нас всё хорошо и такая критика нам не нужна.

Хорошо. Тогда давайте спокойно разберёмся, что именно в интервью я подверг критике. Потому что речь шла не о личности Дениса Файзуллина и не о желании обесценить его работу. Речь шла о методе Бутейко и о том, насколько точно мы имеем право передавать то, что создал Константин Павлович.

Детский метод Бутейко нельзя построить за несколько месяцев

Одна из тем нашего разговора касалась попытки команды Дениса Радмировича создать отдельный детский курс. Насколько я понимаю, проект в итоге не получил того развития, на которое рассчитывали его создатели.

Для меня здесь важен не сам факт неудачного запуска. Такое бывает с любым новым проектом. Гораздо интереснее разобраться, почему детское направление метода Бутейко вообще настолько сложно.

Работа со взрослым человеком и работа с ребёнком — это совершенно разные методические задачи. Ребёнка нельзя просто посадить напротив экрана, дать ему инструкцию «уменьшайте дыхание» и ожидать, что он будет двадцать или тридцать минут дисциплинированно выполнять упражнение так же, как мотивированный взрослый. Нужно учитывать возраст, темперамент, отношение родителей, способность ребёнка удерживать внимание, страхи, сопротивление, игровую мотивацию, физическую активность и десятки мелких реакций, которые становятся понятны только после большого количества реальной практики.

Именно на некоторые такие моменты я и обращал внимание в интервью, показывая, что могло способствовать неудаче детского проекта.

Здесь я позволю себе довольно определённую позицию: детское направление метода Бутейко невозможно качественно создать только на основании знания теории метода или опыта работы со взрослыми. Для этого необходим отдельный массив практического опыта. У команды Дениса Файзуллина на момент нашей беседы такого опыта, на мой взгляд, ещё просто не могло накопиться в достаточном объёме.

Это не обвинение и не повод для насмешки. Это нормальный этап развития специалистов. Но именно поэтому опасно слишком быстро объявлять о готовом направлении там, где ещё требуется несколько лет наблюдений, ошибок, анализа и работы с совершенно разными детьми.

Если вы создаёте новый метод — назовите его своим именем

Второй принципиальный вопрос для меня ещё важнее.

Сегодня вокруг метода Бутейко постоянно возникает желание что-нибудь к нему добавить. Новое упражнение, новую дыхательную технику, психологический блок, работу с телом, специальные позы, массаж, медитацию, растяжку — список можно продолжать бесконечно.

Я отношусь к развитию практики нормально. Более того, любой опытный специалист неизбежно ищет способы сделать работу с человеком удобнее и понятнее.

Но здесь проходит очень важная граница.

Метод Бутейко уже создан.

Его автором является Константин Павлович Бутейко. Он сформулировал основные принципы, диагностические критерии, понятие контрольной паузы, подход к уменьшению избыточной вентиляции и саму логику волевой нормализации дыхания.

Поэтому моя позиция очень простая: если специалист хочет добавить к этой системе что-то принципиально своё — пожалуйста. Создавайте, исследуйте, проверяйте, развивайте. Но если новый элемент начинает менять саму конструкцию метода, честнее назвать результат своей системой, а не продолжать автоматически прикрывать всё именем Бутейко.

Потому что вместе с именем автора возникает и ответственность перед его методом.

Если человек говорит: «Я работаю по методу Бутейко», у слушателя есть право ожидать, что перед ним именно метод Бутейко, а не свободная композиция из дыхательных практик, массажа, психотехник и личных находок преподавателя.

А если вы действительно создали нечто новое — назовите это своим именем и распространяйте под своей профессиональной ответственностью. В этом нет ничего плохого. Наоборот, это гораздо честнее.

Когда метод Бутейко начинает превращаться в метод расслабления

И вот здесь мы подходим ещё к одному направлению, которое я критиковал в интервью.

На мой взгляд, команда Дениса Радмировича постепенно оказалась в методическом тупике, придав чрезвычайно большое значение техникам расслабления.

Само расслабление, конечно, важно. Константин Павлович постоянно говорил о том, что его метод можно сформулировать правилом левой руки "Уменьшение. Глубины. Дыхания. До чувства легкого недостатка воздуха. Расслаблением". Что его метод - чрезвычайно прост. Человек, который отчаянно «делает упражнение», сжимает грудную клетку, напрягает лицо и силой удерживает дыхание, действительно работает неправильно.

Но существует огромная разница между тем, чтобы научить человека не мешать нормализации дыхания избыточным напряжением, и тем, чтобы превращать расслабление в самостоятельную сложную систему.

Когда для освоения метода начинают требоваться многочисленные специальные программы расслабления, фасциальные техники, массаж, отдельные комплексы и всё новые способы «научиться расслабляться», возникает парадокс.

А сейчас получается, что Метод, сила которого во многом заключается именно в его простоте, становится всё сложнее.

Человек приходит учиться управлять собственным дыханием, а значительная часть его внимания постепенно переключается на вопрос: правильно ли я расслабил эту мышцу, достаточно ли расслаблена другая, нужен ли мне массаж, нужно ли предварительно выполнить специальную программу и что ещё сделать, чтобы наконец оказаться в состоянии, в котором можно заняться самим дыханием.

На мой взгляд, это движение в противоположную сторону.

Одна из самых сильных мыслей Бутейко заключалась именно в том, что дыхание сопровождает нас двадцать четыре часа в сутки. Метод должен постепенно перестать быть отдельным «занятием» и войти в обычную жизнь человека — когда он сидит, идёт, работает, разговаривает, занимается физической нагрузкой.

Чем больше дополнительных условий мы создаём вокруг нормализации дыхания, тем больше рискуем потерять эту удивительную простоту.

Контрольная пауза — это не просто цифра

Был в интервью и ещё один важный методический вопрос — качество контроля за тем, как человек измеряет контрольную паузу.

Для человека со стороны разница между двадцатью, тридцатью или сорока секундами может казаться просто вопросом секундомера. Для методиста же это принципиально разные состояния.

Контрольная пауза по Бутейко — это не соревнование «кто дольше не вдохнёт». Она заканчивается при появлении первого естественного желания вдохнуть, а дыхание после неё должно оставаться таким же спокойным, как до измерения.

Если человек начинает терпеть, напрягаться и превращает паузу фактически в задержку дыхания, он получает красивую цифру, которая уже значительно хуже отражает его реальное функциональное состояние.

И здесь особенно проявляется слабость дистанционной работы. Через экран специалист может получить число — например, 35 или 40 секунд — но не всегда увидеть все мелкие признаки, по которым опытный методист понимает, что физиологическая пауза закончилась значительно раньше.

Поэтому я и говорил в интервью о необходимости очень аккуратно относиться к цифрам контрольной паузы и особенно к решениям, которые затем принимаются на основании этих цифр.

И особенно — к физической нагрузке

То же касается раннего подключения активных физических нагрузок.

Я сам активно использую движение в работе и считаю динамическую практику чрезвычайно важной. Но физическая нагрузка усиливает то, что человек уже умеет делать. Если дыхательный принцип освоен правильно — это один результат. Если человек передерживает паузы, чрезмерно ограничивает дыхание, напрягается или неправильно понимает саму задачу — нагрузка может просто масштабировать эту ошибку.

Именно поэтому прежде чем увеличивать интенсивность, методист должен быть уверен, что человек понял базовый принцип метода не только интеллектуально, но и практически.

Метод Бутейко нельзя передать одной таблицей с цифрами контрольной паузы. Нельзя передать его только набором записанных уроков. И нельзя считать специалиста подготовленным лишь потому, что он хорошо знает теоретическую последовательность упражнений.

Метод живёт в нюансах практической работы с конкретным человеком.

Так была ли это действительно «критика»?

Да.

Я действительно критиковал отдельные решения команды Дениса Файзуллина.

Я говорил о недостатке практического опыта для построения серьёзного детского направления. Я спорил с попытками существенно расширять метод за счёт дополнительных техник и при этом продолжать называть получившуюся систему методом Бутейко. Я считал чрезмерным увлечение разнообразными способами расслабления. Я обращал внимание на качество измерения контрольной паузы, ограничения дистанционного контроля и необходимость осторожности при переходе к более интенсивной практике.

Но я по-прежнему не вижу в этом ничего разрушительного.

Более того, если школа Бутейко действительно развивается, подобные разговоры обязаны происходить.

Мы можем спорить о методике. Можем по-разному видеть обучение. Можем приводить результаты своей практики и даже категорически не соглашаться друг с другом. Но существует принципиальная разница между спором о методе и отношением к критике как к угрозе.

Именно поэтому фраза о том, что интервью оказалось «невыгодно», заинтересовала меня гораздо сильнее самой первоначальной дискуссии.

Потому что перед нами возникает уже другой вопрос: для чего мы вообще рассказываем людям о методе Бутейко — чтобы подтвердить собственную безошибочность или чтобы всё точнее понимать и передавать метод, созданный Константином Павловичем?

Для меня ответ здесь совершенно очевиден.

И именно поэтому появился «Быстрый кислород»

Наверное, во всей этой истории есть и определённая ирония. Я никогда не был большим поклонником онлайн-обучения методу Бутейко. Слишком хорошо знаю, сколько нюансов можно увидеть только в живой работе с человеком. Но именно наблюдая за тем, как онлайн-обучение постепенно обрастает всё новыми упражнениями, техниками расслабления, дополнительными программами и совершенно посторонними по отношению к самому методу элементами, я в какой-то момент решил сделать собственный онлайн-формат.

Так появился «Быстрый кислород».

Сегодня это уже несколько программ, которые выйдут осенью 2026 года: «Быстрый кислород. За 5 минут», «Быстрый кислород. Полный курс» и «Быстрый кислород. Спорт». Они рассчитаны на разные задачи и разную глубину погружения, но построены вокруг одного принципа: не усложнять то, что Константин Павлович Бутейко изначально сделал удивительно простым.

Причём это не программы, придуманные за письменным столом. В них много живых людей — героев, с которыми я работал, которые проходили эту систему, ошибались, задавали вопросы, адаптировали её к собственной жизни и получали свои результаты. Именно поэтому мне важно не только рассказывать, как надо делать, но и показывать, как это выглядит у настоящего человека: дома, на улице, на работе, во время прогулки или физической нагрузки.

Моя задача была в каком-то смысле противоположной тому направлению, которое я критиковал выше. Не добавить к методу ещё десять техник, а, наоборот, убрать всё лишнее и показать его основу.

Человеку не обязательно сначала осваивать сложные системы расслабления, изучать фасциальные техники, проходить отдельные подготовительные программы и только после этого наконец приступать к дыханию. Базовый принцип работы можно понять буквально за несколько минут и сразу начать переносить его в повседневную жизнь. Именно отсюда и название «Быстрый кислород. За 5 минут».

Разумеется, пять минут знакомства и полноценное освоение метода — не одно и то же. Чем серьёзнее исходное состояние человека и чем глубже задачи, тем больше нужны время, наблюдение, коррекция ошибок и иногда непосредственная работа со специалистом. Но сам принцип метода не должен становиться искусственно сложным только потому, что вокруг него выросла большая образовательная система.

Константин Павлович говорил о дыхании как о функции, которая сопровождает человека постоянно. Поэтому и метод в конечном счёте должен жить не на коврике, не перед монитором и не в специально отведённые двадцать минут занятия. Он должен постепенно становиться частью обычной жизни: человек идёт — и работает с дыханием; сидит — и работает; занимается спортом — и понимает, как адаптировать принципы метода к нагрузке.

Именно такую простоту я и хотел сохранить в «Быстром кислороде».

Если Денис Радмирович в своё время не согласился с моей критикой или не увидел в ней повода что-то пересмотреть — это его право. Наш профессиональный спор уже состоялся, и время само покажет, какое направление окажется более жизнеспособным.

А пользователям я предлагаю сделать выводы самостоятельно.

Посмотреть на метод без лишних надстроек. Попробовать его базовые принципы. Увидеть живых людей и реальные примеры работы. И почувствовать главное: метод Бутейко не обязан быть сложным, чтобы быть серьёзным.

На мой взгляд, как раз в этой простоте и заключается одна из самых сильных сторон наследия Константина Павловича Бутейко.

В конце концов, этот спор для меня вообще не о том, чья школа окажется громче. Он о другом: сможем ли мы сохранить за именем К.П. Бутейко тот метод, который он действительно создал, — понятный, практический и достаточно простой, чтобы человек смог однажды перестать “заниматься дыханием” и просто начать правильно с ним жить.